К столетию мученичества Андрея Борисова

Безбожная октябрьская революция 1917 года, для Православной Церкви оказалась роковой. Последовали гонениям тысячи новомучеников и исповедников.  Не стали исключением и малопургинцы.

Борисов Андрей Ефимович

Борисов Андрей Ефимович родился в 1852 году в многодетной семье, но из тринадцати детей выжили только он и сестра.    Женился на работящей девушке из своего же села, которая родила ему пятерых дочерей и одного сына. Но две дочери умрут от неизвестной болезни. Когда дети подросли и стали хорошими помощниками отцу, он решил отделиться от отцовского хозяйства. Построил большой  двухэтажный дом, конюшни и обзавёлся скотиной. У него в хозяйстве была корова, лошади, много овец, кроликов и одиннадцать пчелосемей. Чтобы прокормить семью и скотину занимались земледелием: выращивали хлеб, лён, сажали картошку. В уборке урожае трудились дочери, а также оказывали помощь татары из Агрыза.  Андрей Ефимович сам смастерил шерстобитку, всей семьёй они шили шапки, шубы и сапоги. Это была очень работящая семья. Но кроме этого Андрей Борисов был умным, дальновидным и предприимчивым человеком. Продал монисты своей жены (женское национальное украшение из серебряных монет) и построил кирпичный завод на окраине села. Место было очень удобное для производства кирпича: речка с её глинистым берегом, песок и чистый родник.
Для работы выстроил небольшой дом рядом с заводом и пчелиную пасеку перевёз  на поляну, где рос ещё и тополь.
В те годы было много нищих, странствующих в поисках куска хлеба. Одна такая женщина из села Киясово попросила Андрея Борисова, чтобы он принял её сыновей в свою семью. Он не смог отказать бедной женщине. В то время у него самого было пятеро детей. Андрей всегда хотел иметь сыновей, но так получилось, что у него был только один сын. Его звали Трофим. Мальчики подросли и стали помогать на заводе.  Делать кирпичи не лёгкая работа. Один кирпич весил примерно четыре килограмма, а сколько надо было перемесить глины, песка, натаскать воды. Кирпич надо было ещё хорошо высушить, чтобы получился качественный. У крестьян денег на приобретение кирпича не было, поэтому хозяин завода разрешал стоимость кирпича отрабатывать, то есть  они сами себе делали кирпич. За кирпичом приезжали даже из города Ижевска. Тогда Андрей впервые увидел «полуторку» — так назывались первые грузовые машины.
Производство кирпича, шерстобитка, пошив одежды приносил неплохой доход. Многие бедные обращались за помощью, Андрей помогал кому хлебом, кому одеждой. Но самую большую помощь он оказывал больным трахомой. Это было тяжёлое заболевание глаз, от которого люди умирали. За лекарствами ездил в город Сарапул, и сам лечил больных. Целые очереди выстраивались из больных. Приходили за помощью пешком за сотню километров. Лечил и татар и удмуртов. Многим приходилось ночевать в доме лекаря. Для всех находился угол и кусок хлеба. Некоторые жили у него неделями.
Андрей Борисов был глубоко верующим человеком, читал Евангелие и ходил в церковь молиться, был первым помощником священника, даже работал десятником, так же делал пожертвования. Читая Евангелие, Господь подал ему знак, что он примет мученическую смерть.  Шёл 1918 год, он мирно работал, и тогда  ещё не знал — за что и почему его ждёт такая смерть.                               

Враг народа

Наступили трудные и горестные времена для крестьянства. События гражданской войны не обошли и Малую Пургу. Народ разделился на бедных и богатых, красных и белых. Бедные боролись за власть, богатых объявили врагами. Появилось слово «кулак». Никто не разбирался, что входит в это понятие. А «кулак» – это собственник, который эксплуатирует бедных, батраков. Многие ошибочно были названы врагами народа. Красная армия так же не признавала религию. Повсюду стали разрушаться церкви,  шло отречение от Бога.
Летом 1918 года в Малой Пурге было неспокойно. Центр Пурги захватили белые, а в западной части, в районе кирпичного завода, разместилась Азинская дивизия. Кто —  то из местных жителей донёс на Андрея Борисова.  Две недели он вынужден был скрываться в соседней деревне у родственников снохи. Как только вернулся, его схватили. Даже не успел войти за ворота своего дома, прискакали красноармейцы на пяти лошадях. Всё это видел сын Андрея Трофим, который успел спрятаться в картофельной ботве. Андрею Борисову  велели взять лопату, и  после этого повели в сторону кирпичного завода. Проходя мимо окон своего дома, мысленно попрощался со всеми, склонив голову. Завод был наполовину разрушен, пчелиные ульи разорены. Под могучим тополем его заставили рыть яму. Он знал, что роет себе могилу. Пьяные красноармейцы пили вино, веселились и просили Андрея сказать, что Бога нет. Андрей же попросил разрешения помолиться и, закончив, сказал: «Теперь всё!». Красноармейцы без должного погребения закопали его в яму и сев на коней ускакали с того места. Весть о пьяном самосуде  дошла до В.М.Азина, который  велел расстрелять палачей, что немедля было выполнено самими же красноармейцами.
Через четыре дня жена с отцом ночью пришли на место казни и увидели страшную картину: из небольшой кучи земли торчали пальцы рук и ног; птицы склевали глаза. На том же месте его перезахоронили. На обратном пути  встретились с красноармейцами и сказали, что корова пала и ходили её закапывать. Страху натерпелись неописуемого.
Семью Андрея Борисова трижды раскулачивали. Сначала самого признали кулаком, потом в 1929 году сына Трофима выслали в Сибирь, откуда он уже не вернулся и в 1935 году дочь Елену. Дочь причислили к кулакам за занавески на окнах и за то, что муж мастерил прялки. В доме Трофима на втором этаже содержали кроликов, а на первом держали фляги с молоком.
Сами два года скитались по деревням — голодные и холодные. Не разрешили взять никакую одежду, выгнали  из дома   в чём были. Жену Андрея Евдокию вытащили за руки за ноги.  Приходилось ночевать, прислонив доски в виде шалаша к чьёму-нибудь дому или конюшне. Через два года скитаний им разрешили вернуться в дом.
А Борисовский родник течёт, унося историю в те далёкие годы. Когда – то на этом месте произошло убийство, теперь святой источник дарит людям жизнь. Пусть никто не осквернит его чистоту. Родник – это начало красоты, чистоты. Его исток вечен.

Источниками информации о Борисовском роднике стали старожилы села, священник Михайло-Архангельской церкви осветил родник. Из беседы с А.Н. Шибановой и служителями церкви выяснилось, что у А.Борисова было три дочери- Матрёна, Татьяна, Елена и один сын – Трофим.
Мария Андреевна Борисова, дочка Матрёны,1936 года рождения приходится внучкой; Ермолай Никитович Кальтымов, сын Татьяны, 1940 года рождения – внуком. Они оба уважаемые люди села.
Мария Андреевна сорок лет проработала в колхозе. Она доила коров, ухаживала за телятами, кормила свиней, выполняла работу мельника и рядовой колхозницы. Не имея своих детей, помогала сестре в воспитании детей. И сейчас она самый незаменимый человек для внучатых племянников, которые живут вместе с ней. Дом Марии Андреевны построен на месте дома своего деда, который разобрали во время раскулачивания и увезли не известно куда.
Ермолай Никитович всю свою трудовую жизнь провёл за рулём автомобиля. Был одним из лучших водителей района. Его ещё называли безаварийным водителем, исполнительным, дисциплинированным. Он ветеран спорта, был хорошим отцом и добрым дедушкой.
Своего дедушку они никогда не видели, но хорошо знают из рассказов своих матерей, которые приходились ему дочерями.

По материалам Малопургинского краеведческого музея и районной библиотеки

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *